Aerojam

 
 

«Музыкальная газета», Минск, 07.2001

Концерты группы КРЕМАТОРИЙ в Новосибирске срывались неоднократно, поэтому в то, что они приедут в город, да еще в самом разгаре лета, мало кто верил. Но они все-таки приехали и отыграли концерт в Новосибирской филармонии 28 июня.

Организаторы концерта, люди суровые и чересчур серьезные, долго не хотели давать вашему покорному слуге «доступ к телу» Армена Григоряна, но, к счастью, мое старое знакомство с лидером группы КРЕМАТОРИЙ дало о себе знать: Григорян без вопросов согласился на интервью, поскольку в жизни группы произошло столько событий, которые наверняка будут небезынтересны не только поклонникам «самого веселого на этой планете ансамбля», но и всем, кто хочет быть в курсе музыкальных новостей. Наша беседа началась с не совсем радостной темы — ухода из группы гитариста Андрея Мурашова, с которым КРЕМАТОРИЙ отыграл немало лет.

 — Армен, что сейчас делает ваш бывший гитарист Андрей Мурашов?

— Андрюшка полностью отошел от музыки и занимается компьютерными технологиями. Теперь у нас новый гитарист — Дима Терентьев, с которым мы сейчас пишем новый альбом. Он еще учится в школе, но, несмотря на возраст, очень хорошо работает в студии, у него постоянно есть свежие идеи. Для нас, старых вампиров, это «новая кровь» и мы пытаемся «высосать» ее как следует, чтобы Дима показал себя на всю катушку.

Мы устроили прослушивание, Дима был пятым. Когда он пришел, то я подумал, что молодой человек немного пьян. Но оказалось, что на самом деле он плохо видит и в этом его сила, как гитариста: он может не видеть те аккорды, которые играет, но зато он может чувствовать музыку по-другому. Если природа отбирает одно, то обязательно дает что-то другое. Пока я даю ему очень положительные рекомендации, но посмотрим, сможет ли он поднять себя.

Концертная форма у нас, не буду кривить душой, не та, что была с Андреем. Все-таки десять лет совместной игры… Нам нигде не было стыдно играть. Когда мы играли вместе с URIAH HEEP в Минске, то их барабанщик Ли Керслейк все время нашего выступления простоял за сценой и, куря сигарету за сигаретой, слушал нас. Потом пришел к нашим барабанщику и басисту и сказал: «Наконец-то я услышал в России группу, которая может играть и которую можно слушать».

- Да, я помню Керслейка, мы с ним неплохо в Новосибе попьянствовали…

— А как мы тогда попьянствовали! Ли напился до того, что у него лопнула вена в глазу. Наутро он выглядел так… Ну, это я отвлекся. Я к тому все говорю, что играть было не стыдно нигде. Так что есть и хорошие, и плохие новости. С одной стороны, ушел Андрей, который был прекрасным музыкантом, с другой стороны, у нового гитариста много плюсов, поскольку мы прослушали достаточно большое количество народу. И я думаю, что Дима еще покажет себя, во всяком случае, писать новый альбом со свежими силами очень интересно. Новый альбом — первый, который мы пишем летом, хотя обычно мы записываемся зимой.

- Саунд у нового КРЕМАТОРИЯ стал заметно жестче.

— Немного. Как-то так нас кривая завела. Я не скажу, что наш новый альбом будет полностью панковым, но чуть-чуть припанкованным. Хотя это идет от души. Для группы, которая существует достаточно долго, найти нечто новое и не заниматься самоплагиатом гораздо сложнее, чем для начинающих команд. После выхода «Трех источников» мы сделали это достаточно быстро, видимо, этому поспособствовало огромное количество жизненных ситуаций. Например, наш последний тур, с которым мы объездили множество стран…

- А в страну Новосибирск так и не заехали…

— Но хотели. Понимаешь, между нами и нашими слушателями существует неприятный слой, который называется шоу-бизнесом или торговлей. То, что произошло с новосибирскими концертами — это беда. Если концерты отменяются, то все равно все шишки валятся на артистов. У нас точно такая же ситуация произошла в Нижнем Новгороде, только там это дошло до уголовного дела: люди продали билеты во Дворец спорта, потом скрылись с чемоданчиком денег, а нам звонят из милиции… Пришлось долго оправдываться, но позже нам все-таки нашли этого человека. И Нижний Новгород теперь долго будет находиться в отстое, еще несколько лет до тех пор, пока мы туда опять не приедем. А осенью мы, не приходя в сознание, продолжим наш тур уже с новым альбомом.

- Он будет записан на вашей студии «Smolnayа Records»?

— Нет. У нас наконец появился свой дом на Часовой улице в центре Москвы, всего в двух остановках от Тверской. Там находятся студия, музей, распивочная и закусочная.

- Неужели у КРЕМАТОРИЯ появился свой музей?

— Да. Там висят картины и подарки, сделанные нашими поклонниками. Там же и пишемся. Тур с новыми альбомом стартует 27 октября этого года и я надеюсь, что все-таки свадьба состоится с невестой и мы успеем доделать и выпустить его. Сейчас полным ходом идет работа. Правда, сейчас на нас столько всего навалилось. Я, например, параллельно работаю над музыкой к фильму.

- К какому, если не секрет?

— Это будет документальный фильм о России, о судьбах, о людях. Он достаточно глубокий по своему содержанию. Его снимает Стас Кучер, который работал в свое время на телевидении. Мне очень понравилась сама идея — показать, насколько ценна в России личность, в то время, как сейчас все нивелируется, загоняется в рамки.

- Опыт участия в саундтреке к фильму «Брат-2» оказался позитивным?

— Да, и очень пригодился. Еще мы выпускаем сборник всех наших клипов на DVD, в том числе тех, которые никогда и нигде не показывались.

- Только на DVD или будут видеокассеты?

— Пока только на DVD. К клипам будет дописана новая перемонтированная версия фильма «Тацу», который в свое время снимали англичане. Очень долго шли распри с авторскими правами на фильм, но совсем недавно их выкупил один мой приятель. Я думаю, что это будет тоже интересно нашим поклонникам. Еще скоро выйдет книга — полное собрание сочинений КРЕМАТОРИЯ.

- Ну наконец-то! Сколько можно издавать пиратские брошюрки, вроде «КРЕМАТОРИЙ: 30 песен». Вы с нее наверняка ни копейки не получили?

— С «Тридцати песен» — да. Но нас убедили, что можно бороться с пиратством. Вот недавно мы выиграли дело по поводу выпуска видеокассеты с нашими клипами в серии «Легенды русского рока». Помимо прочих групп, на кассете были и наши клипы, но никакого соглашения с нами заключено не было. Адвокаты выиграли дело: нам возместили моральный ущерб, плюс была отозвана вся контрафактная продукция, а это около 10 тысяч видеокассет.

- Неужели Moroz Records занимается подобными делами?

— Moroz Video. Есть там некий Михаил Оразов, шустрый такой мальчик.

- Что-то вам везет на «шустрых мальчиков». Один из таких «шустрых» в свое время «сделал» вам концерт в Новосибирске, который не состоялся.

— «Шустрые мальчики» — это настоящая беда!

- Армен, почему твоя прическа с каждым разом становится все меньше в объемах? Так, глядишь, скоро лысого Григоряна увидим!

— Нет, если бы ты посмотрел на меня с утра, ты бы так не думал. Просто на волосы нанесено обильное количество геля, чтобы прическа выглядела, как взрыв на макаронной фабрике. Небольшой такой взрыв.

- Последний номерной альбом КРЕМАТОРИЯ «Три источника» производит двоякое впечатление: с одной стороны, качество записи и звукорежиссерской работы выше всяких похвал, с другой — абсолютно не характерная для вас концептуальная незавершенность.

— Абсолютно с тобой согласен. Но, знаешь, для того, чтобы сделать «Три источника», нам понадобилось достаточно много времени. Во-первых, нужно было обдумать эту пластинку. Во-вторых, мы всего за три года смогли создать собственную студию, в которой мы уже не смотрим на часы и никому не платим, а спокойно делаем то, что хотим. Никакого сравнения со «Smolnaya Records», которая располагалась… у меня в квартире! Я не считаю, что три года — это большой срок для создания своей базы.

А общей концепции не было с самого начала, было просто некоторое количество песен.

- Как у ранних BEATLES: рок-н-ролл, медляк, два рок-н-ролла, медляк?

— Да, это не «Сержант Пеппер»! Но дело еще и в том, что все песни были записаны в разное время. «Африканку» мы закончили еще в 1997 году, а заглавную композицию — в 1999 году. Поэтому он и назван «Три источника». Куда может привести тунеядство и пьянство? Какая тут может быть концепция? Одна неразбериха!

- А вот три женских груди на обложке «Источников» — это действительно круто!

— Это все Вася (Василий Гаврилов — дизайнер практически всех обложек для альбомов КРЕМАТОРИЯ. — Прим. авт.). Правда, «Реквием» оформлял не он, но я думаю, что новый альбом тоже будет оформлен Васей. А может быть, мы привлечем к оформлению альбома несколько художников.

- Когда ты приезжал в Новосибирск в последний раз, то говорил, что собираешься издать альбом под названием «Реквием для всадника без головы». Альбом вышел только несколько месяцев назад…

— Я постарался сделать все, чтобы было понятно, с какой целью он был выпущен. Это все-таки альбом, который является предтечей КРЕМАТОРИЯ. Это тяжелый рок, который мы тогда писали, звучит «с большим приветом группе BLACK SABBATH». Оригинальная запись, к сожалению, была утеряна и нам пришлось восстанавливать ее по памяти. Наш «тогдашний» гитарист Женька «Джон» Хомяков вспомнил всю эту музыку. Написал ее, правда, я, но я же ее успешно и забыл. Благодаря Жене мы сделали этот альбом для того, чтобы у наших любителей была полная коллекция того, что мы писали в ХХ веке. Более того, многие наконец поняли, откуда растут ноги у КРЕМАТОРИЯ, а ноги растут именно оттуда. И несмотря на то, что это такой типичный и несколько стандартный тяжелый рок, но тем не менее, фирменные «крематорские» нотки в нем уже слышны. «Реквием» нельзя трактовать как новый альбом, потому что он полностью циничный и тексты у него соответствующие.

- Сборников у КРЕМАТОРИЯ было более, чем предостаточно. Зачем понадобилось выпускать на Real Records диск «Фан-Том», который даже оформлением (не говоря уже про содержание) похож на ваш «Двойной альбом» 1994 года?

— Сами мы сборники составляем редко. Обычно этим занимаются выпускающие лейблы. У Moroz Records выходила серия «Легенды русского рока» — пришлось выпускаться там. Real Records согласились, чтобы наши новые альбомы выходили у них, но попросили дать им на серию «Главные песни» сборник хитов КРЕМАТОРИЯ. Пришлось согласиться. Теперь у нас сборников столько же, сколько у ROLLING STONES, понимаешь? (Смеется.) Черт ногу сломит!

- Мало того, вы еще включаете в сборники одну-две вещи, которые потом не входят в альбомы. Приходится покупать…

— Да! (Смеется.) Мир наживы и чистогана! А если серьезно, то мы специально проводили голосование по содержанию диска на нашем сайте для того, чтобы получился настоящий «Фан-Том» для фанов. Хотя я полностью с тобой согласен, что выпускать его не стоило. Был нормальный «Двойной альбом», а следующий сборник с новыми песнями можно было бы выпустить через пару лет, к двадцатилетию группы.

- В текстах своих песен ты часто обращаешься к маме. Насколько я понимаю, у тебя с ней связаны сильные душевные переживания…

— Терять родителей сложно в любом возрасте. К сожалению, моя мама умерла в 57 лет, будучи красавицей. У нее было онкологическое заболевание. Знаешь, как говорил Эдгар По, если женщина умирает молодой, она умирает вдвойне. Я иногда пытаюсь пропустить через себя, понять, что же она чувствовала, зная, что скоро это произойдет. Мама в песнях — это разговор с родным человеком. Я очень любил своих родителей, они много для меня сделали, и я всегда буду помнить о них.


Данил МАСЛОВСКИЙ,
Новосибирск, специально для «МГ»

Источник:Музыкальная газета



 

Слушайте в @AppleMusic: Крематорий